Жалоба на постановление по ч. 2 ст. 3.18.1 КоАП г. Москвы за нарушение режима самоизоляции

В _______ районный суд города Москвы

г. Москва, _____________

Заявитель: _____________

Зарегистрирован по адресу: г. Москва _____________

Телефон: _____________

Орган, решение которого обжалуется:

Главное контрольное управление г. Москвы

121099 г. Москва, ул. Новый Арбат, д. 36

ЖАЛОБА

на постановление по делу об административном правонарушении

№______ от “___” _________ 2020 г.

“_____” ________ 2020 г. в отношении меня должностным лицом Главного контрольного управления г. Москвы было вынесено вынесено постановление по делу об административном правонарушении №_________, согласно которому я был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.3.18.1 Кодекс города Москвы об административных правонарушениях (далее – КоАП г. Москвы) и мне было назначено наказание в виде штрафа в размере 4000 рублей.

Считаю указанное Постановление незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи со следующим:

1. Отсутствие в деянии состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 3.18.1 КоАП г. Москвы.

В соответствии с Постановлением, я был привлечен к административной ответственности по ч.2 ст.3.18.1 КоАП г. Москвы за нарушение требований нормативных правовых актов города Москвы, направленных на введение и обеспечение режима повышенной готовности на территории города Москвы. Мне было вменено нарушение пункта 12.4 Указа Мэра Москвы № 12-УМ от 05.03.2020 «О введении режима повышенной готовности», а также невыполнение предписания должностного лица, осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.

Считаю, что мои действия были неправомерно квалифицированы по вышеуказанной статье КоАП г. Москвы, так как в соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, изложенными в “Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1” (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020) (далее – “Обзор”), привлечение к административной ответственности допускается только в соответствии с КоАП РФ (Вопрос 22 Обзора).

В соответствии с ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ административная ответственность установлена за нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, совершенные в период режима чрезвычайной ситуации или при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период осуществления на соответствующей территории ограничительных мероприятий (карантина), либо невыполнение в установленный срок выданного в указанные периоды законного предписания (постановления) или требования органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, о проведении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий.

Перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих, утверждается Правительством Российской Федерации исходя из высокого уровня первичной инвалидности и смертности населения, снижения продолжительности жизни заболевших.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 января 2020 г. N 66 коронавирусная инфекция (2019-nCoV) внесена в Перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих.

Больные инфекционными заболеваниями, лица с подозрением на такие заболевания и контактировавшие с больными инфекционными заболеваниями лица, а также лица, являющиеся носителями возбудителей инфекционных болезней, подлежат лабораторному обследованию и медицинскому наблюдению или лечению и в случае, если они представляют опасность для окружающих, обязательной госпитализации или изоляции в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (часть 1 статьи 33 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ “О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения”).

При выявлении нарушения санитарного законодательства, а также при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должностные лица, осуществляющие федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, имеют право выдавать, в частности, гражданам предписания, обязательные для исполнения ими в установленные сроки, об устранении выявленных нарушений санитарно-эпидемиологических требований, о проведении дополнительных санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, а также при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих; главные государственные санитарные врачи и их заместители наделяются полномочиями выносить мотивированные постановления о госпитализации для обследования или об изоляции больных инфекционными заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, и лиц с подозрением на такие заболевания, а также о проведении обязательного медицинского осмотра, госпитализации или об изоляции граждан, находившихся в контакте с больными инфекционными заболеваниями, представляющими опасность для окружающих (пункт 2 статьи 50, пункт 6 части 1 статьи 51 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ “О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения”).

Соблюдение санитарных правил, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц (часть 3 статьи 39 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ “О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения”, пункты 1.3, 2.6, 2.7, 10.1, 13.1 Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1/3.2.3146-13 “Общие требования по профилактике инфекционных и паразитарных болезней”, утвержденных постановлением Врио Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 16 декабря 2013 г. N 65).

Исходя из буквального толкования выше приведенных норм в их системной взаимосвязи следует, что привлечению к административной ответственности по части 2 статьи 6.3 КоАП РФ в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) подлежат лица с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лица, прибывшие на территорию Российской Федерации, в том числе, из государства, эпидемически неблагополучного по коронавирусной инфекции, лица, находящиеся или находившиеся в контакте с источником заболевания, в контакте с лицами с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лица, уклоняющиеся от лечения опасного инфекционного заболевания, нарушающие санитарно-противоэпидемический режим, а также не выполнившие в установленный срок выданное в периоды, указанные в части 2 статьи 6.3 КоАП РФ, законное предписание (постановление) или требование органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.

Из вышеуказанного следует, что в соответствии с разъяснениями Верховного суда, данными в Обзоре, привлечению к административной за невыполнение предписания должностного лица, осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, подлежат только лица с подтвержденным диагнозом COVID-19 и только в соответствии с КоАП РФ.

КоАП г. Москвы допускает привлечение к административной ответственности в рамках ч. 2 ст. 3.18.1 только если действие (бездействие) не содержит уголовно-наказуемого деяния или не влечет административной ответственности в соответствии с Кодексом об административных правонарушениях РФ.

Таким образом, привлечение меня к административной ответственности в соответствии с КоАП г. Москвы является незаконным, в связи с чем вынесенное в отношении меня Постановление №_____________ от ___________г. подлежит отмене.

2. Нарушение порядка привлечения к административной ответственности, так как постановление вынесено неуполномоченным лицом.

Производство по делам об административных правонарушениях, выразившихся в нарушении требований нормативных правовых актов, направленных на введение и обеспечение режима повышенной готовности, должно осуществляться в порядке, установленном КоАП РФ, в том числе и за нарушение обязанностей, установленных Указом Мэра Москвы от 5 марта 2020 г. № 12-УМ «О введении режима повышенной готовности», принятого в развитие положений Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера».

Согласно Постановлению о привлечении меня к административной ответственности, оно было вынесено должностным лицом  Главного контрольного управления г. Москвы (Главконтроль).

В соответствии с п. 1 и п. 19 ч. 2 ст. 28.3 КоАП РФ, а также пункту 23 Обзора, к должностным лицам, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных п. 2 ст. 6.3 КоАП РФ относятся только должностные лица органов внутренних дел (полиции) и должностные лица органов, осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор. При этом, согласно части 3 статьи 23.1 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, должны рассматриваться судьями районных судов. Должностные лица Главного контрольного управления г. Москвы (Главконтроля) не уполномочены ни составлять протоколы об административных правонарушениях по ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ, ни рассматривать дела и привлекать к административной ответственности, и чего следует, что привлечение меня к административной ответственности произведено неуполномоченным на это должностным лицом.

Кроме того, при решении вопроса о привлечении меня к административной ответственности протокол об административном правонарушении  вообще не составлялся, несмотря на то, что привлечение к ответственности по ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ должно осуществляться в общем порядке, предусмотренном ст. 28.2 КоАП РФ, с составлением протокола об административном правонарушении. Назначение административного наказания без составления протокола допускается только в отношении ограниченного законом перечня правонарушений, в который правонарушения  по ч. 2. 6.3 КоАП РФ не входят.

Более того, фиксация моего местонахождения, согласно Постановлению, осуществлялась с использованием технических устройств и (или) программного обеспечения “Социальный мониторинг”. То есть обжалуемое Постановление вынесено в порядке, установленном п. 1.1. ст. 16.6 КоАП Москвы, устанавливающей, что дела об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 3.18.1 настоящего Кодекса, в случае фиксации этих административных правонарушений посредством технологий электронного мониторинга местоположения гражданина в определенной геолокации с использованием системы городского видеонаблюдения, технических устройств и программного обеспечения, рассматриваются в порядке, установленном частью 3 статьи 28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При этом в ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ отсутствуют какие-либо упоминания о «фиксации административных правонарушений посредством технологий электронного мониторинга местоположения гражданина в определенной геолокации с использованием системы городского видеонаблюдения».

Таким образов, выше указанные действия должностного лица Главного контрольного управления г. Москвы являются незаконными, так как был грубо нарушен порядок привлечения меня к административной ответственности, а Постановление об административном правонарушении вынесено неуполномоченным лицом.

3. Отсутствуют доказательства совершения административного правонарушения.

Как указано в обжалуемом Постановлении, нарушение мною режима самоизоляции  установлено посредством применения технологии электронного мониторинга местоположения гражданина с использованием технических устройств и (или) программного обеспечения, что подтверждается сообщением администратора ИС «Социальный мониторинг» – Департамента информационных технологий города Москвы.

В соответствии с ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона.

Статьей 26.11 КоАП РФ установлены требования к оценке доказательств лицом, осуществляющим производство по делу об административном правонарушении, а статьей 26.8 КоАП РФ установлены требования к специальным техническим средствам, показания которых могут служить доказательствами по делу об административном правонарушении.

Исходя из этого, сообщение администратора ИС «Социальный мониторинг», которое в обжалуемом Постановлении указано как единственное доказательство правонарушения, не может являться надлежащим доказательством по делу, так как достоверность сведений, предоставляемых ИС «Социальный мониторинг», ничем не подтверждена.

В этой связи, обжалуемое Постановление подлежит отмене, так как было вынесено неуполномоченным лицом при отсутствии надлежащих доказательств вины в совершении административного правонарушения.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ч.1 ст. 20.6.1, ч. 1 ст. 24.5, 25.1 – 25.5.1,  30.1 – 30.12 КоАП РФ:

ПРОШУ:

1. Отменить Постановление по делу об административном правонарушении №77-__________ от “___” ________ 2020 г., вынесенное должностным лицом Главного контрольного управления г. Москвы – начальником Управления контроля объектов социального развития Главного контрольного управления города Москвы ______________.

2. Производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 3.18.1 Кодекса города Москвы об административных правонарушениях, прекратить в связи с отсутствием события и состава административного правонарушения.

Приложения:
1. Копия Постановления по делу об административном правонарушении № _____________ от _____________ г.

____________ подпись

Дата

 

Нужна консультация?
Закажи обратный звонок!

БЛОГ

Решения

Введите свой e-mail и получите образец жалобы в формате word на электронную почту​